В минувшее воскресенье (4 октября) в селе Тушна Сенгилеевского района состоялось долгожданное открытие церкви, разрушенной большевиками в начале 30—х годов прошлого века. Безусловно, это пока далеко не та красавица, которой любовались все, проезжающие по Сенгилеевскому тракту, начиная с 1831 года. Тогда ее украшали 27-метровая колокольня, золоченые купола, церковная ограда… Трехпрестольный храм знали далеко по всей губернии. Сейчас удалось восстановить лишь один из трех приделов — великомученицы Параскевы Пятницы. Центральный — Архангела Михаила и третий — священномученика Харалампия ждут своего часа.
Недавно назначенный настоятель, 32-летний о. Виктор (Турович), проводит нас в ту часть храма, которой еще предстоят долгие годы возрождения. Перед церковной стеной красного кирпича — тоненькая стенка с квадратными окошками. Что бы это значило? Отец Виктор с грустью рассказывает, что эти окошки предназначались в свое время для кинопроекторов — здесь, в церкви, был клуб, уже в 2000-е — пилорама:
— Мы обязательно будем восстанавливать все, тем более что храм входит в список культурного наследия Ульяновской области. Здесь, где ни копнешь возле церкви, обязательно попадаются человеческие кости, черепа — это означает, что мы наталкиваемся на захоронения священнослужителей и благодетелей, которые жертвовали храму? Именно их погребали в церковной ограде.
— А сейчас на какие средства идет восстановление храма?
— Жертвуют по возможностям все жители села, но львиная доля средств постоянно поступает от одной благочестивой местной семьи — Владимира и Натальи.
— У них фамилия есть?
— Безусловно, но они в традициях старинной благодетельности не разрешают ее называть.
— Сегодня народу много. А вы уверены, что так будет и завтра, и через месяц?
— Это зависит от священника, но и от самих прихожан тоже. В одиночку человек десятилетиями не может справиться с греховными помыслами — нужно таинство исповеди и таинство причастия, чтобы Господь раз за разом ослаблял эти греховные наклонности, чтобы человек получал величайшую очищающую животворящую силу. Исповедь — это как больница, а причастие — как святая вода.
Под старинными сводами храма отец Виктор, молодой священник, бывший бизнесмен с юридическим образованием, горячо делится своими планами: он видит будущее возрождаемой церкви и в том, что со временем здесь откроются золотошвейные и иконописные мастерские, вновь засияют купола и малиновый звон колоколов заставит притормаживать у храма уже не телеги и повозки, а машины, которые сейчас, к сожалению, проносятся мимо:
— Хочу, сколько мне Господь отмерил жить, все посвятить храму. Думаю дожить до старости и увидеть возрожденный храм — такие мои планы на ближайшие полвека.